Хроники церковной войны: русская контратака в Париже

0
10

Андрей Ганжа

Хроники церковной войны: русская контратака в Париже

Константинопольский патриархат осуществил «вторжение» на территорию Украины, канонически принадлежавшую Русской Православной Церкви (РПЦ) и «аннексировала» ее, поставив под управление «коллаборантов» из созданной Фанаром «Святейшей Церкви Украины» (СЦУ). О том, что в СЦК нет никакой автокефалии догадался уже, похоже, даже восстановленный Фанаром в епископском сане «почетный патриарх СЦУ» Филарет. РПЦ начала «контратаку» канонической территории Константинопольского патриархата, в Западной Европе.

Религия — это всегда Вера. Пусть даже, по Оскару Уайльду, «распространенный суррогат Веры». Но Церковь — это всегда Политика. А политика — это второе имя «войны», когда «мир» является лишь коротким временным промежутком между конфликтами.

 

Поэтому украинские церковные события 2019 года вполне можно излагать в военных терминах: «фанарская Церковь» (Константинопольский патриархат) осуществила «вторжение» на территорию Украины, канонически принадлежавшую Русской Православной Церкви (РПЦ) и «аннексировала» ее, поставив под управление «коллаборантов» из созданной Фанаром «Святейшей Церкви Украины» (СЦУ). О том, что в СЦК нет никакой автокефалии (церковного суверенитета), догадался уже, похоже, даже восстановленный Фанаром в епископском сане «почетный патриарх СЦУ» Филарет: «По названию мы — автокефальная, а на деле мы зависимая от Константинопольского патриархата церковь».

Действие рождает противодействие, и РПЦ начала «контратаку» на канонической территории Константинопольского патриархата, в Западной Европе. 28 декабря Синод РПЦ принял решение о создании «Патриаршего Экзархата в Западной Европе», причем русские «теперь будет действовать так, как будто они [Константинополь] вообще не существуют» (из интервью митрополита Волоколамского Иллариона «России 24»). Причем «сферой пастырской ответственности» Экзархата обозначена вся Западная Европа — от могучих Франции и Германии до Великого Герцогства Люксембургского и княжества Андорры.

Идея перспективная, но трудно исполнимая. И не только из-за исторической западно-европейской русофобии «от Карла Великого до украинского кризиса». Русские приходы в Европе были созданы в основном эмигрантами-беглецами революции 1917 года. Еще в 1956 году православный священник-англичанин Августин Робертс писал Патриарху всея Руси Алексию I, что «многие лица, интересующиеся Православием как таковым, не хотят иметь ничего общего с «Советской» Церковью, то есть «Большевистской». Наша пастырская и миссионерская работа страдает от того, что мы принадлежим к этой юрисдикции». С тех пор ничего не изменилось, и православные прихожане в Европе генетически опасаются Русской Церкви, хотя в России давно уже не «советы», а «дикий капитализм» с не совсем человеческим лицом. Поэтому, судя по сайту Экзархата, в его составе сейчас всего лишь 33 общины во Франции, Швейцарии и Португалии.

Поэтому особый интерес у Русской Церкви вызывает другая структура — Архиепископия православных русских церквей в Западной Европе (АРЦ), существующая с 1921 года и за годы своего существования побывавшая «под крылом» (точнее — «под омофором») и Московского, и Константинопольского патриархата.

Структура невелика количественно — всего монастырей, церквей и приходов там сто двадцать один (56 во Франции и 65 епископиях Германии, Англии и Ирландии Италии, Бенилюкса и Скандинавии). Плюс авторитетный в православном мире Сергиевский Институт богословия в Париже. Но АРЦ — это символ, символ русского присутствия в Западной Европе. И взять его «под себя» именно в момент церковной войны с Фанаром для РПЦ очень заманчиво и многозначительно: получить всю Западную Европу как компенсацию за потерянную Украину!

С 17 февраля 1931 года АРЦ, бывшая до того в подчинении Русского патриархата, находится в юрисдикции Константинополя как «временно единая особая экзархия Святейшего Патриаршего Вселенского Престола на территории Европы». Потом, с 1965 года, она была самостоятельной «Православной архиепископией Франции и Западной Европы и русских западноевропейских церквей рассеяния». В 1971 году как «Архиепископия русских православных приходов в Западной Европе» она была подчинена Галльской митрополии Фанара, и, наконец, в 1999 году АРЦ была вновь утверждена как Экзархат под омофором Константинопольского патриарха.

Но 27 ноября 2018 года Фанар на собрании Синода решил упразднить статус Экзархата для европейской русской Архиепископии, переподчинив ее приходы соответствующим европейским митрополиям Константинопольского патриархата.

Экзархат — это в первую очередь самостоятельность церковной организации на определенной территории при признании общего верховенства первоиерарха Церкви. Фанар своим ноябрьским решением лишал АРЦ и организации (рассеивая отдельные приходы под власть региональных константинопольских митрополитов), и самостоятельности (в первую очередь экономической). Русские православные в Европе с таким решением не согласились. И в Париже, в соборе Александра Невского, на Чрезвычайном Общем Собрании Архиепископии (высший орган управления АРЦ, состоящий из равного представительства клириков и мирян) большинством в 93% (191 голос из 206-ти) приняли решение «не распускать Архиепископию, а сохранить её как единую церковную структуру какой она изначально и создавалась».

Произошло это в 23 февраля 2019 года. Принятие окончательного решения было назначено на 7 сентября. После этого у АНЦ было несколько вариантов развития:

  • продолжать диалог с Константинопольским патриархатом;
  • воссоединиться с Румынской Православной Церковью;
  • воссоединиться с Православной Церковью в Америке;
  • воссоединиться с Русской Православной Церковью.

С Константинополем ничего не получается. Руководитель АНЦ архиепископ Иоанн Хариопольский 17 августа встретился с патриархом Варфоломеем, но на вопрос, «можем ли мы надеяться на что-то новое, касающееся нашей нынешней ситуации с Фанаром?», услышал: «Вы должны применить решение Священного Синода, мы не вернемся к этому решению». А в отношении инициаторов созыва парижского Чрезвычайного Общего Собрания 7 сентября прозвучало: «Nous les déclarerons en dehors del’Église» (Мы объявим их вне Церкви).

Хроники церковной войны: русская контратака в Париже

Иоанн Хариопольский

Twitter@Orthodoxie_com

Спустя две недели после этой встречи решением Синода Константинопольского патриархата архиепископ Иоанн был исключен из числа епископата Константинопольского патриархата и освобожден от «пастырского попечения» над приходами «бывшего Экзархата». То есть — уволен.

Попечение было передано митрополиту Галльскому Эммануилу (активному участнику украинских церковных событий), который сразу заявил по поводу Чрезвычайного Общего Собрания: «Если эта встреча состоится, знайте, что она не может иметь никаких полномочий для принятия решений».

Иоанн также не признал своего «освобождения от обязанностей», и парижское Собрание 7 сентября состоялось. На нем был предложен только один вариант, поскольку румыны и американцы от воссоединения с АПЦ отказались. В бюллетене для голосования участникам был предложен только один вопрос: «Принимаете ли Вы акт о каноническом присоединении Архиепископии к Московскому Патриархату, представленный в опубликованном документе?».

Потому что, в отличие от румын и американцев, русские отреагировали мгновенно. С ними был быстро согласован проект (его назвали «projet de rattachement», проект привязанности), в котором обеспечивалось существование Архиепископии «в полном сохранении ее идентичности, территориальной целостности и режима работы (административная и финансовая автономия), как это установлено в действующем законодательстве (и подавлено Константинопольским Патриархатом)». В первую очередь это:

  • гарантии суверенитета Общего Собрания;
  • автономия административного, финансового управления и управления недвижимостью;
  • признание специфики Архиерейского Устава автономии (в контексте самостоятельного избрания архиепископа и епископов).

По мнению авторов «проекта привязанности», предложенный канонический статус «будет иметь статус полноценной, автономной архиепархии (а не «патриархального экзархата», который не был архиепископством или даже епархией в организации Константинопольского Патриархата). В Московском Патриархате это будет новый тип церковного образования». Но убедить в этом удалось не всех членов Собрания.

104 делегата (58,1%) проголосовали «за», 75 — «против». Но по Уставу АПЦ (статья 35) для принятия решения необходимо большинство в 2/3 голосов.

«Парижская контратака» русских на европейском фронте цели не достигла.

Хотя для русской Церкви совсем не все потеряно. Согласно 28-й статье Устава, в случае, если архиепископ не согласен с решением Генеральной Ассамблеи, должно быть проведено следующее заседание, на котором архиепископ объяснит причины своего несогласия. Если консенсус не будет достигнут, в течение 3 месяцев созывается Генеральная Ассамблея для решения спорных вопросов. Ее решения принимаются большинством в 4/5 голосов. Если такое большинство не появляется, архиепископ принимает решение после консультации с епископским комитетом. Если большинство, превышающее 4/5, выступает против мнения архиепископа, он должен отложить свое мнение во имя церковного единства.

А пока архиепископ Иоанн, согласно Уставу, будет поминать Константинопольского патриарха Варфоломея. И, по его собственному выражению, начнет обдумывать, какое окончательное решение принять.

 

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here